Elektra Daillon – Princess of Infinity

Дамы и господа, леди и джентльмены, приятно Вас снова всех видеть.
Я вернулась на славные просторы интернета…
Могу порадовать Вас рассказами о своих приключениях, из-за которых у меня не было возможности и желания писать свои посты и читать ваши, но, боюсь, это будет не так интересно, как хотелось бы.
Скажу лишь в паре фраз, что жизнь закипела ключом: Я залезла в самую… в самое страшное место нашей клоаки знаний, но планомерно и легко оттуда выбралась, завтра останется сделать последний шаг, чтобы забыть об этом месте, где не ступала нога студента, до следующей сессии, которая уже, увы, не за горами. Нашла в архивах Библиотеки Академии Наук рукопись Парацельса XVI века, к сожалению она не совсем по моей теме, но не прочитать ее Я не могу, найти бы время.

Затем, как мухи на мед, полетели заказчики, как говорится: то густо, то пусто, но заказчики – это просто замечательно, особенно когда они почти все, как на подбор прекрасные феи с просто необыкновенными костюмами.

Правда прекрасным феям пришлось немного потесниться в моем сознании, чего Я совершенно не ждала и не гадала. В душу запал мужчина, притом такой, который ни в жизнь не мог мне понравится в здравом уме и твердой памяти, но, видимо, ум мой уже далеко не здрав и память не тверда, и виной этому эпохальное явление под названием «Star Trek».
Да-да, посмотрев десять раз XI-й фильм, Я зарекалась смотреть «Animated Series»? Так вот Я их посмотрела, все до одной, и после этого, само собой, начала смотреть «The Original Series», кто бы мог подумать, притом, началось все банально: «Ну, Я пересмотрю «Amok Time», и все». А потом – «Еще одну серию, которую Я не видела, и все». А потом еще одну и еще одну, и еще одну. Люди! Это болото! Притом такое, в котором вязнешь и не хочешь вылезать ни за какие коврижки. И никакими увещеваниями, посулами, уговорами и угрозами тебя оттуда не вытащить. Притом болото это не столько «Стар Трек», сколько господин Уильям Шэтнер, он же капитан Джеймс Ти Кирк, он же мартовский кот, он же, черт возьми, мужчина из-за которого мне начали сниться эротические сны. Он абсолютно, совершенно, напрочь не в моем вкусе. У него короткие волосы. Он настоящий мускулинный мужик. Он на тридцать лет старше моего отца! Но он просто божественно, невероятно, невыносимо, невозможно сексуален! Каждый его жест, каждый его взгляд просто пропитан сексом. А как он обращается с женщинами в сериале, как он берет их за плечи, это просто пуля в висок!
В детстве, когда Я смотрела ТОС, к Кирку Я была равнодушна совершенно, мне больше нравились всякие Ханы и иже с ними, но сейчас, когда мне уже за двадцать, Я стала совершенно по-другому смотреть на героев этой эпопеи.
«Star Trek» начал ломать мне всю душевную гармонию Закари Куинто в роли Спока, и разнес все под чистую Уильямом Шэтнером в роли Кирка.
Взрослею? Возможно. Что же дальше? Начнет просыпаться материнский инстинкт и станут умилять дети? Чур меня, чур! Так жить нельзя. Определенно. Но иначе жить Я теперь не могу. У меня теперь течет космос в крови, и все кругом «логично» и «поразительно». Это зараза, болезнь, Я уже говорила, и лечить ее просто нельзя.



Никак не могу посадить Инь на эту заразу, но Я посажу, помяни мое слово, не все же мне одной мучиться!

У нас лежит готовая, но не показанная еще никому по техническим причинам, коллекция.
Как всегда куча планов на будущее и совершенная невозможность их воплотить в полной мере.
Муж купил еще одну машину, теперь мы почетные коллекционеры металлолома. Пойду сдавать на права, чтобы хлам зря не пропадал. Потом. После Нового Года.

Время утекает сквозь пальцы. На улице лежит снег, такой сказочно-прекрасный, когда смотришь на него из-за стека с теплой батареи, и такой ужасающе-неприятный, когда выходишь в пургу и гололед из дома.
Время утекает. Такое коварное, изменчивое время. Оно оставляет лишь пыль и имена.
И хорошо если вообще оставляет хоть что-то.

Но на самом деле жизнь просто чудесна!
Я выигрываю во все игры, в которые начинаю играть.
У меня на руках все козыри и еще один туз в рукаве.
Не без зависти со стороны, конечно, но, как говорил Маленький Принц, нет в мире совершенства. Добавлю только «кроме меня».
Мы все-таки с Джимом очень похожи.
Наверное, поэтому, он меня и зацепил, несмотря на внешнюю далекость от моего идеала.

My wallpaper cheers me up… Let it be here for the same.



I want to be a vulcan woman… for have no emotions… whatever happens…
It will be very boring, it will limit a full life. But all around will become simple and logical… sometimes, like now, I want it very strong…

Сугизо тоже любит «Стар Трек», а иначе как это назвать?



Live long and prosper!

P.S.: и какие у обоих пальцы красивые, просто с ума схожу.

Два года, для меня это сумасшедший срок, ни с кем Я не была так долго….
Говорит ли это о многом?… или это еще слишком мало, чтобы о многом говорить?… В любом случае за эти два года произошло так много с нами и между нами, что мне достаточно сказать, нет, просто подумать, и ты меня уже поймешь.
Je t’aime, mon Prince, доколе хватит сил, Я буду рядом.

Не зря последние три недели мы слушаем в машине только их диски.
Не зря последние три недели мы говорим только о них.
Не зря мы совсем недавно пересматривали «Детройт – город рока».
Не зря Я поставила Вконтакте аватар из Его фотографии.
Мы уже даже не мечтали надеяться…
Мы лишь оргазмировали от заслушивания старых записей до дыр…

Но они снова показали нам, что Боги не покидают своих адептов.
Боги не стареют и не умирают.

«6 октября 2009 года – должен выйти новый альбом «KISS» – «Sonic Boom»! Вслед за этим они собираются пустить в полномасштабный тур по США и в какой-то момент (в 2010 году) вновь вернуться в Европу». (c)

На этот раз Я не пропущу.
Ни-за-что.

Как правило, хочется писать в блоги именно тогда, когда в жизни все плохо… когда же все отлично писать не хочется совсем. Воспитание мое и моральные принципы не позволяют писать публично о том, что все плохо, а писать все равно хочется, поэтому когда все плохо Я пишу о чем угодно только не об этом или пишу не публично. Жаль возможности вордпресса не позволяют ограничивать доступность поста по ай-пи, это, пожалуй, самое удобное, что было в дайри.

Давно Я ничего не писала… а надо бы, наверное… того, о чем стоит написать более, чем много.

Сессия осталась далеко позади. Такого количества высших баллов совершенно без усилий с моей стороны Я не ожидала никак. Скоро, может, опубликую лекции по истории Римско-Византийского государства и права, лично мной собранные и отредактированные.

Все основные весенне-летние заказы сданы, даже те, что «висели», остались те, что можно шить не торопясь… и к ужасу моему – их критически мало – лето и кризис дали о себе знать очень больно, к примеру, в этом году Infinity не шили ни одного выпускного платья. Я посмотрела кое у кого выпускные альбомы вконтакте – туши свет – выпускницы в еле украшенных чуть ли не в повседневных шмотках из дешевых материалов, как страшно жить!

Обзавелась кое-какими тканями для коллекции, все никак не могу заставить себя нарисовать эскизы, а ведь пора бы уже начать хотя бы кроить. Тем паче, что хотелось бы сшить три коллекции, а не одну.

Перечитываю Мориса Дрюона, у свекра оказалось чуть ли не полное собрание сочинений, а при более детальном изучении еще и полное собрание Луи Жаколио, нежно любимого мной, но, увы, в юношестве найденного только в количестве избранных произведений. Теперь-то Я начитаюсь его романов вдоволь.

Умер так нежно обожаемый мной с детства и по сей день Король. В принципе Я уже была готова к тому, что недолго ему осталось, но все равно смерть его была для меня шоком. Было больно. Я скорбела о целой ушедшей вместе с ним эпохе, которая пришлась на мое детство и юность, Я скорбела по еще одному ушедшему Таланту, взамен которому никто не взошел. Король умер – да здравствует…. никто. Когда-то давно Я и ma soeur называли его «le papa», писали о нем истории и копировали его движения под записанный на VHS стародавний московский концерт.
С утра, как только узнала эту новость, отправила ей смс «Джексон умер», она ответила – «Теперь мы почти сироты». Сказать на это было нечего. Заставить себя послушать хотя бы одну его запись – не могу. Кажется, что такие люди как он – вечны, но, наверное, так оно и есть. Элвиса, Битлз, Принса, Меркьюри, Кобейна слушают, фанатеют и любят по сей день.

По ночам мне снятся странные сны, днем делать хронически нечего, почти сутками читаю, пишу письма и шью, хотела выйти на работу – оказалось, что не получится, опять штудирую сайты с вакансиями, нашла кое-какой интересный фриланс, надеюсь, что удастся договориться.

Отдельно хотелось бы написать о «Стар Треке», но эпистолярных сил нет – все уходит в письма – два месяца висит черновик. Посмотрели с таким трепетом ожидаемых «Трансформеров – 2″. О них напишу только когда закончу рецензию на «Стар Трек».

В эти выходные совершенно потрясающе отдохнули в месте, о котором мне по личным причинам не стоит рассказывать публично, но Я очень хочу поехать туда еще раз, и чем скорее – тем лучше.

Во мне опять проснулся археолог, хочу раскопать могилу одного неизвестного предположительно финского монаха-лютеранина, могила ~ 300 возраста без каких-либо опознавательных знаков. Пока что не узнала можно ли там что-то интересное найти – т.е есть ли смысл копать. На могиле четыре креста католической формы, в одном из них пересекаются три ветви, поиск по интернету ничего не дал, кроме истории собственно места, где находится кладбище (отсюда и предположение о том, чья может быть могила). Хочу в ближайшие дни порыть в библиотеке. Жаль, что могила явно не тамплиерская, нечего там тамплиерам делать, можно было бы наедятся на наличие в ней оружия, доспехов и ценностей, а так, черт его знает – один сгнивший труп в рясе, на подозрение наводит шикарность могилы, не ставили такие простым монахам, да и то, что она единственная сохранилась из всего кладбища – тоже наводит на мысли.

Совсем скоро наконец-то приедет ma sorcière Alex, совсем взрослая теперь, получившая диплом, скучаю безмерно и считаю дни до встречи.

А еще сегодня день рождения у my personal God…
Happy Birthday, Sugizo-sama, I still adore you… and will be.

Я ни капли не патриотка, Я историк. Правда пристрастный, но что поделаешь, моя идеология религия не позволяет иначе.
Я не люблю период советской власти в России. Ибо Я абсолютная и убежденная монархистка.
Я понимаю и даже в чем-то принимаю идеологию Гитлера…
Но сегодня не об этом…

Все-таки Россия – это страна в которой мне угораздило родится.
Все-таки Россия – это страна, чье Великое прошлое и история позволяет гордится тем, что ты родился в этой стране, стране Владимира Мономаха, Ломоносова, Екатерины Великой и Достоевского, и плевать на то, что сейчас эта страна почти мертва и разлагается.
Все-таки русские люди до недавнего времени были могучей и сильной нацией, побеждавшей половцев, шведов, немцев, поляков, французов и наконец способной в одиночку 64 года назад победить в войне такого сильного и безжалостного противника, как гитлеровская Германия.

Мы позвонили нашим бабушкам и дедам. Мы поздравили их с праздником, который они сделали своими руками, мы чтим память павших в той страшной и кровавой войне. Мы гордимся тем, что мы потомки героев, жаль, что не все мы, и даже не большая часть нашего поколения, достойны быть ими.
Мы говорим ее участникам спасибо за то, что они ценами своих жизней и судеб сделали наше будущее чище и просторнее, мы, пускай не все, но мы извиняемся за всех, за то, что не сохранили, а только загадили это будущее, которое они оставили нам. Мы извиняемся за то, что не можем больше быть великой нацией, за то, что уже не можем сделать эту страну такой, в которой нашим старикам была бы обеспечена жизнь, достойная героев, а можем только бежать отсюда, как крысы с тонущего корабля.
Но мы поколение эгоистов, не то что те, кто воевал за эту страну много лет назад. Мы совсем другие. Наши родители пустили этот корабль ко дну и нам остается только бежать или тонуть вместе с ним.

Но несмотря ни на что мы действительно помним и гордимся! Сегодня мы плачем и улыбаемся вместе с Вами. Мы снимаем перед Вами шляпы и встаем на колени. Мы поем Вам песни.

С Праздником Великой Победы!

Слава Героям!



P.S.: На салют не поехали, ибо ливень стеной.

Что может получиться, если соединить познания в лингвистике, математике, каббалистике, парапсихологии? Научное открытие! Причем очень полезное для потомков. А создал эту науку – монах. Вот только что за наука – как было, так и осталось тайной за семью печатями.

Жил се6е в Париже где-то во второй половине XIV века Николя Фламель. И был вceгo-навсего обыкновенным писцом – дни напролет простаивал за конторкой и переписывал рукописи. Однако в душе он был алхимиком и, как все алхимики, мечтал о философском камне. Но обрел нечто большее.

Сон в руку

Николя, как многие его современники, не оставлял попытки найти или получить этот самый философский камень, любил рыться в древних манускриптах, хотя прекрасно знал, что за проникновение в тайну символов можно схлопотать проклятие или угодить в ад. Но, с другой стороны, если ему улыбнется удача и он обретет бессмертие, ему уже и ад не страшен.

Однажды приснился Николя ангел, в руках которого была книга. «Фламель, – произнес ангел, – узри эту книгу, в которой ты сейчас ничего не поймешь. Для многих она осталась непостижимой навеки. Однажды ты отыщешь на ее страницах то, что никому, кроме тебя, не дано увидеть». Фламель разглядел, что листы книги, изготовленные из тонкой коры, были переплетены в превосходно выделанную медь. Первый лист пересекала сделанная из золота надпись – посвящение иудейскому народу, подписанное «Авраамом-иудеем, принцем, жрецом, астрологом и философом». Заинтригованный Фламель потянулся за книгой, чтобы получше рассмотреть ее, но ангел исчез в сиянии света.

Спустя несколько лет после своего удивительного сна, просматривая в какой-то лавчонке древние манускрипты, Фламель наткнулся на тот самый фолиант. Продавец запросил за него смехотворную сумму – всего два флорина. Вернувшись домой, Николя рассмотрел его и легко прочитал текст, написанный на «хорошей и понятной латыни». Эта легкость оказалась обманчивой. Хотя текст и представлял собой руководство по трансмутации металлов, предполагалось, что читатель осведомлен о тайном учении евреев – каббале, разбирается в алхимии, а также является обладателем философского камня. Символические разъяснения, рассыпанные по всей книге, еще больше сбивали с толку. Красочные и изящно исполненные изображения крылатых богов и извивающихся драконов, убиенных младенцев и цветущих розовых деревьев явно таили ключ к пониманию текста и определению первоматерии, равно как и процесса, который превращает ее в философский камень. Однако Фламелю разгадка оказалась не по зубам. И он обратился к самым ученым мужам Парижа. Но никто не смог помочь ему.

Николя получает золото…

Тогда Фламель принялся искать знатока еврейского языка. Но гонения заставили большинство евреев покинуть пределы Франции и обосноваться в Испании. Зашив в одеяние пилигрима кусок скопированного текста, Фламель отправился в Испанию. Долго бродил он по заповедным местам раввинов и только на обратном пути на одном постоялом дворе встретил наконец того, кого искал. Раввина звали мастер Канчес. Едва бросив взгляд на отрывок из книги Авраама Еврея, он проникся «величайшим изумлением и радостью». Канчес тотчас приступил к расшифровке текста, и вскоре восхищенный Фламель уже строил планы, как вместе с раввином они одолеют всю книгу. Однако вместе им удалось добраться только до Орлеана. Канчес заболел сильнейшей лихорадкой и спустя неделю скончался.

В Париж Фламель вернулся в одиночестве. Но теперь благодаря Канчесу он знал, что представляет собой первоматерия, хотя процесс ее превращения в философский камень оставался тайной.

Через три года после встречи с Канчесом, а именно 17 января 1382 года, Фламель и его жена Парнелл превратили двести граммов ртути в серебро, которое по своему качеству превосходило то, что добывают в рудниках. Еще через три месяца он таким же образом получил золото.

Так оно было или нет, но ничем не примечательный писец и его дражайшая супруга основали и содержали на свои средства только в Париже четырнадцать больниц, три часовни и семь церквей и столько же – в Булони. Их пожертвования занесены в муниципальные документы, которым нет оснований не верить.

Умер Фламель в 1417 году в возрасте восьмидесяти семи лет. Похоже, внезапно свалившееся на него богатство он потратил на благотворительность. Парнелл умерла несколькими годами раньше, и потому небольшую сумму наличными он оставил горничной. На своем надгробном камне Николя завещал выбить надпись: «Из праха я вышел, во прах возвращаюсь».

…и обретает бессмертие

Здесь-то и начинается самое интересное.

Французский путешественник XVII века Поль Люка рассказал о странной встрече, которая произошла во время прогулки по саду в окрестностях мечети в городе Брусса, расположенном на территории нынешней Турции. Люка познакомили с дервишем, который оказался к тому же членом какого-то тайного общества. Они проговорили много часов. В своем дневнике Люка восхищенно записал: «Это был человек исключительной честности во всех отношениях. По внешнему виду ему можно было дать примерно лет тридцать, но, судя по его рассказам, он прожил век». Сначала они беседовали о религии и философии, но постепенно перешли к алхимии, которую дервиш назвал величайшей наукой. Речь зашла о поисках философского камня и его способности даровать бессмертие или, как уточнил дервиш, почти бессмертие. Он вовсе не отрицал, что все люди в конце концов умирают, но любой адепт алхимии, обладающий камнем, «может отвратить посредством этого истинного лекарства все, что препятствует или причиняет вред физиологическим функциям, на тысячу лет».

Люка запальчиво ответил, что большинство здравомыслящих французов считает философский камень выдумкой. Даже знаменитейший его соотечественник Николя Фламель хоть и получил этот камень, а умер в возрасте для обладателя камня просто неприлично юном.

«Моя наивность вызвала у дервиша улыбку, – писал Люка. – Он спросил: «Вы на самом деле поверили в это? Нет, нет, мой друг, он все еще жив. Ни Фламель, ни его жена не умерли!» Прежде чем пораженный Люка смог вымолвить хоть слово, дервиш совершенно лишил его дара речи, сказав: «Не прошло и трех лет с тех пор, как я оставил их обоих в Индии. Он – один из моих лучших друзей».

Если дервиш говорил правду, к тому времени возраст Фламеля давно перевалил бы за 300 лет, а его жизнь охватила бы и эпоху расцвета алхимии в Европе. Дело в том, что к концу XVII века признание «величайшей науки» было столь широко распространено в народе, что эта ошеломляющая новость не поразила бы многих сторонников алхимии. Ведь слухи о необычно долгой жизни Фламеля продолжали ходить по крайней мере и в следующем столетии. По словам мудрого старого дервиша, в то время как все думали, что Фламель и Парнелл умерли, они разыграли свою смерть, а сами ускользнули в Швейцарию, где благодаря философскому камню продолжили жить в веках, наслаждаясь «размеренной и спокойной жизнью то в одной, то в другой стране»…

Спустя десятилетия, в XVIII веке, престарелый клирик Сир Марсель рассказал, что видел Фламеля за работой в самом центре Парижа в некоей подземной лаборатории, которая была изолирована от мира семью закрытыми дверями. В 1761 году Фламель и Парнелл были замечены среди зрителей в парижской Опере. К тому времени им обоим было около четырехсот лет. Как утверждают очевидцы, знаменитую чету сопровождал сын, которого они наконец сподобились родить. По слухам, случилось это знаменательное событие в Индии. Наконец, уже в 1818 году человек, называвший себя Николя Фламель, шатался по парижским кофейням, предлагая раскрыть свои секреты всем и каждому, кто готов расстаться с суммой в 300000 франков. Очевидно, что это современное воплощение Николя Фламеля имело мало общего с тихим старательным писарем.

Странная история приключилась и с надгробным камнем Николя Фламеля, который вторично обнаружили всего около ста лет назад… где бы вы думали? У бакалейщика, который приспособил его вместо доски для резки.

Вера в чудо

…Все умные люди немножко алхимики… Хотя «нет большего безумия, чем вера в то, что можно выделить и удержать неуловимую субстанцию или овладеть невидимым и испаряющимся веществом. Но запахи угля, дыма, серы, навоза, ядов и мочи становятся для них слаще меда – великим удовольствием», – язвительно сокрушался Корнелий Агриппа. Он тоже был алхимиком. Но – неудачником. Однако при этом не мог не признать, что «множество замечательных открытий обязано своим происхождением алхимии». Ведь на пути к получению философского камня были получены знания «о меди и разнородных металлах и их сплавах, припоях и спайке, реактивах и реакциях, примесях и осадках». В конце концов, стремление к обретению философского камня не что иное, как вера в чудо, стремление к нему. И то и другое способно реально воплотить немыслимое.

По материалам журнала «Загадки истории».

Happy Birthday, my dear Alter-EGO.

And thank you, that your «I’m a fantasy» sometimes force me to believe in myself. Thank you for my personal sexual revolution and my personal «red sundance» in the dark. Thank you for your «Infinity», which became mine. Thank you for your contagious madness and originality.

Thank you, that you are.