Elektra Daillon – Princess of Infinity

Nota Bene: обязательно посмотреть!



13ого января экзамен по новейшей истории… Гитлер, Сталин, Мусоллини, Перрон, Рузвельт, Черчилль, Катынь, Голодомор, Холокост, Гулаг… Нет-нет,дело вовсе не в сентиментальности, плевать Я хотела на миллиардный геноцид, несмотря на то, что моя прабабушка была еврейкой, а прадед хохлом, никакой жалости к людям Я не испытываю от слова совсем, котят, щенят, тюленей – жалко, живодеру Я могу пергрызть собственными зубами глотку, а вот на людей мне плевать. Война и геноцид – необходимая составляющая человеческой жизни, мы – это вирусная инфекция и когда планете от этой инфекции становится уже совсем плохо – природа нашими же руками уничтожает лишнюю часть особей, притом не особо разбирая, кого именно, у мироздания все равны. Это необходимость, так было и будет всегда. Война – это очищающее пламя, пенициллин, если хотите. Но Я учу историю уже семь лет, и масштаб уничтожения населения в XX веке действительно поражает воображение. Видимо – чем дальше, тем хуже и хуже. Катынь и Голодомор вообще ничто по сравнению с 27 миллионами русских и 14 миллионами азиатов, погибшими во время Второй Мировой войны…. Самое тяжелое – это выучить кто сколько народу подверг геноциду и в какое время. Но Сталин определенно мой кумир… Я даже, честно говоря, не могу определиться, кто более масштабная фигура: он или Гитлер. Черт возьми, вот это величие и размах, такого, поди, даже в античности не видывали!

Расслабиться хотела… Посмотрела “Агору”. С трудом. Кусками. Каждый раз ставя на паузу и лишь титаническим усилием воли заставляя себя смотреть дальше. Слишком близко. Слишком больно. Выревела все глаза. Буквально с первой дюжины минут, и не останавливаясь рыдала до конца фильма…
Над дать посмотреть этот фильм матушке. Может хоть чуть чуть это вправит ей мозги…
Чем больше Я изучаю историю, тем сильнее растет моя неприязнь к религии, любой, по сути своей, но особенно сильно к христианству. Любому! Христианство, религия настолько залитая кровью и пропитанная ненавистью и нетерпимостью (хотя Христос завещал любить и прощать!), что христиане умудрились в итоге передраться и между собой, когда не осталось язычников, чтобы драться с ними. Язычество дало миру Платона, Аристотеля, Эвклида, Плутарха, Геродота; атеизм дал миру Галилея, Коперника, Ньютона, Энштейна, Кеплера, Планка. Что дало миру христианство, ислам? Что??? Ничего, кроме идиотских книжек с маразматическими сказками, а также войн, спекуляций на вере и наивности людской, разрушений, уничтожений библиотек и памятников культуры и искусства, закрытия школ и университетов, убийства ученых, философов, мыслителей, великих государственных деятелей, изувеченных и искалеченных мусульманских женщин, миллионов, миллиардов убитых на кострах, в пытальнях, заморенных голодом, залитых кислотой, забитых камнями во славу религии! Христианство даже на самой заре своей могло только уничтожать, уничтожать все наследие великой эллинской культуры, уровня которого не могут достигнуть до сих пор! А невежество и тьма Средневековья были лишь следствием этой христианской экспансии против языческой науки и культуры! Это и привело к тому, что вещи открытые еще в греческих университетах были забыты, а атом и гелиоцентрическая система планет были открыты еще раз только через почти тысячу лет! Христиане только потом спохватились и додумались писать свои книжки, искажая греческие и египетские оригиналы, переписывая их и выдавая за свои. Но толку от этого вышло мало. Поздно было уже наверстывать упущенное. В язычестве правил разврат и свободонравие, язычники убивали жертв на алтарях, но взамен он давали миру великих ученых и великие творения искусства, которые не могут превзойти и по сей день, язычники шли воевать, не прикрываясь благими целями, они шли воевать ради войны! А в христианстве правит любовь и смирение, христиане и мусульмане не приносят жертв богам и воюют только во славу своей веры, но ничем не менее кровожадно, чем язычники. Чем языческие идолы отличаются от статуй и икон стоящих на алтарях христианских храмов? Чем языческие жертвы хуже жертв, умиравших на кострах и в подвалах инквизиции? Ничем Я вам скажу. Ничем. Они даже правильнее, потому что не прикрыты лукавством и ложью. Война за мир, это как секс за девственность, пора бы уже выучить этот урок.
Боги мои, как же ненавижу…. ненавижу… НЕНАВИЖУ!

Зажгла свечу…
…в честь людей, которые до последнего были героями, кто перед лицом смерти не пошел на низости… и погиб, от голода, холода и нужды, предпочтя смерть каннибализму, мародерству и подлости.
Не знаю, смогла бы Я. Полагаю, что не смогла бы.
Я искренне восхищаюсь этими людьми и даже не представляю какое нужно иметь мужество и силу, чтобы перенести такое.

Как правило, хочется писать в блоги именно тогда, когда в жизни все плохо… когда же все отлично писать не хочется совсем. Воспитание мое и моральные принципы не позволяют писать публично о том, что все плохо, а писать все равно хочется, поэтому когда все плохо Я пишу о чем угодно только не об этом или пишу не публично. Жаль возможности вордпресса не позволяют ограничивать доступность поста по ай-пи, это, пожалуй, самое удобное, что было в дайри.

Давно Я ничего не писала… а надо бы, наверное… того, о чем стоит написать более, чем много.

Сессия осталась далеко позади. Такого количества высших баллов совершенно без усилий с моей стороны Я не ожидала никак. Скоро, может, опубликую лекции по истории Римско-Византийского государства и права, лично мной собранные и отредактированные.

Все основные весенне-летние заказы сданы, даже те, что “висели”, остались те, что можно шить не торопясь… и к ужасу моему – их критически мало – лето и кризис дали о себе знать очень больно, к примеру, в этом году Infinity не шили ни одного выпускного платья. Я посмотрела кое у кого выпускные альбомы вконтакте – туши свет – выпускницы в еле украшенных чуть ли не в повседневных шмотках из дешевых материалов, как страшно жить!

Обзавелась кое-какими тканями для коллекции, все никак не могу заставить себя нарисовать эскизы, а ведь пора бы уже начать хотя бы кроить. Тем паче, что хотелось бы сшить три коллекции, а не одну.

Перечитываю Мориса Дрюона, у свекра оказалось чуть ли не полное собрание сочинений, а при более детальном изучении еще и полное собрание Луи Жаколио, нежно любимого мной, но, увы, в юношестве найденного только в количестве избранных произведений. Теперь-то Я начитаюсь его романов вдоволь.

Умер так нежно обожаемый мной с детства и по сей день Король. В принципе Я уже была готова к тому, что недолго ему осталось, но все равно смерть его была для меня шоком. Было больно. Я скорбела о целой ушедшей вместе с ним эпохе, которая пришлась на мое детство и юность, Я скорбела по еще одному ушедшему Таланту, взамен которому никто не взошел. Король умер – да здравствует…. никто. Когда-то давно Я и ma soeur называли его “le papa”, писали о нем истории и копировали его движения под записанный на VHS стародавний московский концерт.
С утра, как только узнала эту новость, отправила ей смс “Джексон умер”, она ответила – “Теперь мы почти сироты”. Сказать на это было нечего. Заставить себя послушать хотя бы одну его запись – не могу. Кажется, что такие люди как он – вечны, но, наверное, так оно и есть. Элвиса, Битлз, Принса, Меркьюри, Кобейна слушают, фанатеют и любят по сей день.

По ночам мне снятся странные сны, днем делать хронически нечего, почти сутками читаю, пишу письма и шью, хотела выйти на работу – оказалось, что не получится, опять штудирую сайты с вакансиями, нашла кое-какой интересный фриланс, надеюсь, что удастся договориться.

Отдельно хотелось бы написать о “Стар Треке”, но эпистолярных сил нет – все уходит в письма – два месяца висит черновик. Посмотрели с таким трепетом ожидаемых “Трансформеров – 2″. О них напишу только когда закончу рецензию на “Стар Трек”.

В эти выходные совершенно потрясающе отдохнули в месте, о котором мне по личным причинам не стоит рассказывать публично, но Я очень хочу поехать туда еще раз, и чем скорее – тем лучше.

Во мне опять проснулся археолог, хочу раскопать могилу одного неизвестного предположительно финского монаха-лютеранина, могила ~ 300 возраста без каких-либо опознавательных знаков. Пока что не узнала можно ли там что-то интересное найти – т.е есть ли смысл копать. На могиле четыре креста католической формы, в одном из них пересекаются три ветви, поиск по интернету ничего не дал, кроме истории собственно места, где находится кладбище (отсюда и предположение о том, чья может быть могила). Хочу в ближайшие дни порыть в библиотеке. Жаль, что могила явно не тамплиерская, нечего там тамплиерам делать, можно было бы наедятся на наличие в ней оружия, доспехов и ценностей, а так, черт его знает – один сгнивший труп в рясе, на подозрение наводит шикарность могилы, не ставили такие простым монахам, да и то, что она единственная сохранилась из всего кладбища – тоже наводит на мысли.

Совсем скоро наконец-то приедет ma sorcière Alex, совсем взрослая теперь, получившая диплом, скучаю безмерно и считаю дни до встречи.

А еще сегодня день рождения у my personal God…
Happy Birthday, Sugizo-sama, I still adore you… and will be.

Я ни капли не патриотка, Я историк. Правда пристрастный, но что поделаешь, моя идеология религия не позволяет иначе.
Я не люблю период советской власти в России. Ибо Я абсолютная и убежденная монархистка.
Я понимаю и даже в чем-то принимаю идеологию Гитлера…
Но сегодня не об этом…

Все-таки Россия – это страна в которой мне угораздило родится.
Все-таки Россия – это страна, чье Великое прошлое и история позволяет гордится тем, что ты родился в этой стране, стране Владимира Мономаха, Ломоносова, Екатерины Великой и Достоевского, и плевать на то, что сейчас эта страна почти мертва и разлагается.
Все-таки русские люди до недавнего времени были могучей и сильной нацией, побеждавшей половцев, шведов, немцев, поляков, французов и наконец способной в одиночку 64 года назад победить в войне такого сильного и безжалостного противника, как гитлеровская Германия.

Мы позвонили нашим бабушкам и дедам. Мы поздравили их с праздником, который они сделали своими руками, мы чтим память павших в той страшной и кровавой войне. Мы гордимся тем, что мы потомки героев, жаль, что не все мы, и даже не большая часть нашего поколения, достойны быть ими.
Мы говорим ее участникам спасибо за то, что они ценами своих жизней и судеб сделали наше будущее чище и просторнее, мы, пускай не все, но мы извиняемся за всех, за то, что не сохранили, а только загадили это будущее, которое они оставили нам. Мы извиняемся за то, что не можем больше быть великой нацией, за то, что уже не можем сделать эту страну такой, в которой нашим старикам была бы обеспечена жизнь, достойная героев, а можем только бежать отсюда, как крысы с тонущего корабля.
Но мы поколение эгоистов, не то что те, кто воевал за эту страну много лет назад. Мы совсем другие. Наши родители пустили этот корабль ко дну и нам остается только бежать или тонуть вместе с ним.

Но несмотря ни на что мы действительно помним и гордимся! Сегодня мы плачем и улыбаемся вместе с Вами. Мы снимаем перед Вами шляпы и встаем на колени. Мы поем Вам песни.

С Праздником Великой Победы!

Слава Героям!



P.S.: На салют не поехали, ибо ливень стеной.

Что может получиться, если соединить познания в лингвистике, математике, каббалистике, парапсихологии? Научное открытие! Причем очень полезное для потомков. А создал эту науку – монах. Вот только что за наука – как было, так и осталось тайной за семью печатями.

Жил се6е в Париже где-то во второй половине XIV века Николя Фламель. И был вceгo-навсего обыкновенным писцом – дни напролет простаивал за конторкой и переписывал рукописи. Однако в душе он был алхимиком и, как все алхимики, мечтал о философском камне. Но обрел нечто большее.

Сон в руку

Николя, как многие его современники, не оставлял попытки найти или получить этот самый философский камень, любил рыться в древних манускриптах, хотя прекрасно знал, что за проникновение в тайну символов можно схлопотать проклятие или угодить в ад. Но, с другой стороны, если ему улыбнется удача и он обретет бессмертие, ему уже и ад не страшен.

Однажды приснился Николя ангел, в руках которого была книга. “Фламель, – произнес ангел, – узри эту книгу, в которой ты сейчас ничего не поймешь. Для многих она осталась непостижимой навеки. Однажды ты отыщешь на ее страницах то, что никому, кроме тебя, не дано увидеть”. Фламель разглядел, что листы книги, изготовленные из тонкой коры, были переплетены в превосходно выделанную медь. Первый лист пересекала сделанная из золота надпись – посвящение иудейскому народу, подписанное “Авраамом-иудеем, принцем, жрецом, астрологом и философом”. Заинтригованный Фламель потянулся за книгой, чтобы получше рассмотреть ее, но ангел исчез в сиянии света.

Спустя несколько лет после своего удивительного сна, просматривая в какой-то лавчонке древние манускрипты, Фламель наткнулся на тот самый фолиант. Продавец запросил за него смехотворную сумму – всего два флорина. Вернувшись домой, Николя рассмотрел его и легко прочитал текст, написанный на “хорошей и понятной латыни”. Эта легкость оказалась обманчивой. Хотя текст и представлял собой руководство по трансмутации металлов, предполагалось, что читатель осведомлен о тайном учении евреев – каббале, разбирается в алхимии, а также является обладателем философского камня. Символические разъяснения, рассыпанные по всей книге, еще больше сбивали с толку. Красочные и изящно исполненные изображения крылатых богов и извивающихся драконов, убиенных младенцев и цветущих розовых деревьев явно таили ключ к пониманию текста и определению первоматерии, равно как и процесса, который превращает ее в философский камень. Однако Фламелю разгадка оказалась не по зубам. И он обратился к самым ученым мужам Парижа. Но никто не смог помочь ему.

Николя получает золото…

Тогда Фламель принялся искать знатока еврейского языка. Но гонения заставили большинство евреев покинуть пределы Франции и обосноваться в Испании. Зашив в одеяние пилигрима кусок скопированного текста, Фламель отправился в Испанию. Долго бродил он по заповедным местам раввинов и только на обратном пути на одном постоялом дворе встретил наконец того, кого искал. Раввина звали мастер Канчес. Едва бросив взгляд на отрывок из книги Авраама Еврея, он проникся “величайшим изумлением и радостью”. Канчес тотчас приступил к расшифровке текста, и вскоре восхищенный Фламель уже строил планы, как вместе с раввином они одолеют всю книгу. Однако вместе им удалось добраться только до Орлеана. Канчес заболел сильнейшей лихорадкой и спустя неделю скончался.

В Париж Фламель вернулся в одиночестве. Но теперь благодаря Канчесу он знал, что представляет собой первоматерия, хотя процесс ее превращения в философский камень оставался тайной.

Через три года после встречи с Канчесом, а именно 17 января 1382 года, Фламель и его жена Парнелл превратили двести граммов ртути в серебро, которое по своему качеству превосходило то, что добывают в рудниках. Еще через три месяца он таким же образом получил золото.

Так оно было или нет, но ничем не примечательный писец и его дражайшая супруга основали и содержали на свои средства только в Париже четырнадцать больниц, три часовни и семь церквей и столько же – в Булони. Их пожертвования занесены в муниципальные документы, которым нет оснований не верить.

Умер Фламель в 1417 году в возрасте восьмидесяти семи лет. Похоже, внезапно свалившееся на него богатство он потратил на благотворительность. Парнелл умерла несколькими годами раньше, и потому небольшую сумму наличными он оставил горничной. На своем надгробном камне Николя завещал выбить надпись: “Из праха я вышел, во прах возвращаюсь”.

…и обретает бессмертие

Здесь-то и начинается самое интересное.

Французский путешественник XVII века Поль Люка рассказал о странной встрече, которая произошла во время прогулки по саду в окрестностях мечети в городе Брусса, расположенном на территории нынешней Турции. Люка познакомили с дервишем, который оказался к тому же членом какого-то тайного общества. Они проговорили много часов. В своем дневнике Люка восхищенно записал: “Это был человек исключительной честности во всех отношениях. По внешнему виду ему можно было дать примерно лет тридцать, но, судя по его рассказам, он прожил век”. Сначала они беседовали о религии и философии, но постепенно перешли к алхимии, которую дервиш назвал величайшей наукой. Речь зашла о поисках философского камня и его способности даровать бессмертие или, как уточнил дервиш, почти бессмертие. Он вовсе не отрицал, что все люди в конце концов умирают, но любой адепт алхимии, обладающий камнем, “может отвратить посредством этого истинного лекарства все, что препятствует или причиняет вред физиологическим функциям, на тысячу лет”.

Люка запальчиво ответил, что большинство здравомыслящих французов считает философский камень выдумкой. Даже знаменитейший его соотечественник Николя Фламель хоть и получил этот камень, а умер в возрасте для обладателя камня просто неприлично юном.

“Моя наивность вызвала у дервиша улыбку, – писал Люка. – Он спросил: “Вы на самом деле поверили в это? Нет, нет, мой друг, он все еще жив. Ни Фламель, ни его жена не умерли!” Прежде чем пораженный Люка смог вымолвить хоть слово, дервиш совершенно лишил его дара речи, сказав: “Не прошло и трех лет с тех пор, как я оставил их обоих в Индии. Он – один из моих лучших друзей”.

Если дервиш говорил правду, к тому времени возраст Фламеля давно перевалил бы за 300 лет, а его жизнь охватила бы и эпоху расцвета алхимии в Европе. Дело в том, что к концу XVII века признание “величайшей науки” было столь широко распространено в народе, что эта ошеломляющая новость не поразила бы многих сторонников алхимии. Ведь слухи о необычно долгой жизни Фламеля продолжали ходить по крайней мере и в следующем столетии. По словам мудрого старого дервиша, в то время как все думали, что Фламель и Парнелл умерли, они разыграли свою смерть, а сами ускользнули в Швейцарию, где благодаря философскому камню продолжили жить в веках, наслаждаясь “размеренной и спокойной жизнью то в одной, то в другой стране”…

Спустя десятилетия, в XVIII веке, престарелый клирик Сир Марсель рассказал, что видел Фламеля за работой в самом центре Парижа в некоей подземной лаборатории, которая была изолирована от мира семью закрытыми дверями. В 1761 году Фламель и Парнелл были замечены среди зрителей в парижской Опере. К тому времени им обоим было около четырехсот лет. Как утверждают очевидцы, знаменитую чету сопровождал сын, которого они наконец сподобились родить. По слухам, случилось это знаменательное событие в Индии. Наконец, уже в 1818 году человек, называвший себя Николя Фламель, шатался по парижским кофейням, предлагая раскрыть свои секреты всем и каждому, кто готов расстаться с суммой в 300000 франков. Очевидно, что это современное воплощение Николя Фламеля имело мало общего с тихим старательным писарем.

Странная история приключилась и с надгробным камнем Николя Фламеля, который вторично обнаружили всего около ста лет назад… где бы вы думали? У бакалейщика, который приспособил его вместо доски для резки.

Вера в чудо

…Все умные люди немножко алхимики… Хотя “нет большего безумия, чем вера в то, что можно выделить и удержать неуловимую субстанцию или овладеть невидимым и испаряющимся веществом. Но запахи угля, дыма, серы, навоза, ядов и мочи становятся для них слаще меда – великим удовольствием”, – язвительно сокрушался Корнелий Агриппа. Он тоже был алхимиком. Но – неудачником. Однако при этом не мог не признать, что “множество замечательных открытий обязано своим происхождением алхимии”. Ведь на пути к получению философского камня были получены знания “о меди и разнородных металлах и их сплавах, припоях и спайке, реактивах и реакциях, примесях и осадках”. В конце концов, стремление к обретению философского камня не что иное, как вера в чудо, стремление к нему. И то и другое способно реально воплотить немыслимое.

По материалам журнала «Загадки истории».

Так случилось, что в последнюю неделю в Университете мне пришлось заниматься историей Византийской империи. Я детально изучила все 1000 лет, что империя просуществовала и пришла к выводу, что это было чуть ли не самое калечное государство в мировой истории. Оно было как будто заражено каким-то вирусом, разлагающем его, и насильно заразило почти все государства вокруг себя, которые были слабее, и которые в силу своей слабости были неспособны противостоять заразе.

Постоянные восстания, узурпация власти, финансовые кризисы, посильнее нынешних, военные нападения, богословские споры и ереси, которые несмотря ни на какие Вселенские соборы, приводили к расколам в народе и правительстве, растление страны и прочее прочее прочее…

А ведь все так прекрасно начиналось при Константине Великом, империя обещала огромные возможности и тысячелетия процветания и могущества, но, видимо, Византия без Константина оказалась несостоятельным государством, а может быть политика, в частности культурно-религиозная, последующих императоров сделала его таковым, потому что после его смерти все это так долго и тщательно возводимое им здание, продержалось недолго и в итоге рухнуло… и в общем-то фактически с самого начала империи все пошло наперекосяк, не так как было задумано Константином: христологические споры, разрушающие целостность нации; божественность выбора императора, приводящая к постоянным посягательствам на трон со стороны военноначальников и не только; варвары, постоянно вторгающиеся в империю, грабящие и заселяющие ее территории; разорительные войны, направленные на возвращение земель, принадлежавших когда-то Римской империи, высасывающие все деньги из казны, которые в виде налогов туда итак еле-еле поступают из-за не налаженного административного аппарата, взяточничества чиновников и феодализации страны; как следствие постоянные финансовые кризисы и восстания недовольных; все попытки императоров упорядочить административно-законодательную систему заканчивались фиаско. И в итоге османское завоевание, которому покалеченная империя не могла противостоять и взятие Константинополя в 1453 году – полный крах империи, как таковой, ее основ, идеологии и всего того, на чем она зиждилась и создавалась.

Это “новое государство” основанное на новой религии и идеологии, в противовес всему старому и архаичному, “изжившему себя”, варварству и язычеству своим же собственным примером показало несостоятельность свою и всего этого “нового и правильного”.

Я вообще совершенно искренне полагаю, что эллины создали (а может и переняли) культуру, наиболее приближенную к идеалу красоты и эстетизма, римляне хоть и не прибавили к ней ничего, но старались сохранить ее как могли, Византийская империя же разрушила все, что создали эллины, до основания, но так и не смогли предложить взамен ничего равнозначного, приложив еще сверху принудительное обращение в христианство и насаждение ортодоксальной культуры варварам, показав себя еще большими варварами, чем те, кого они порицали… по сути дела ведь именно это, насильственное разрушение эллинской культуры христианами, разрушение античных школ, храмов, произведений искусства, сжигание книг, казни, аресты и изгнание философов, ученых, преподавателей стало первым шагом к тому, что Европа канула в бездну, невежество и хаос Средних веков, до тех пор пока в эпоху Возрождения люди, наконец-то, не поняли где искать путь к свету и истинной просвещенности.

“Путь в Ад лежит на земле, в Египте, где-то около Фив”. (с) др. Византийский источник.